Всё-таки дочь.... Да, не сбилась последняя теплящаяся надежда, мужчина, так взволновавший Люсинду и смутивший её с трудом обретённый душевный покой, и правда её отец, мама оказалась права. Но как же сложно осознать это!  Почему же жизнь так несправедлива? В детстве, когда она больше всего на свете мечтала найти своего настоящего папу, не было никакой возможности выйти на контакт с ним. А сейчас, когда вся её существо тянется к внезапно обретённому отцу совсем не с родственными чувствами, так тяжело даже думать о родстве с этим обаятельным, вскружившим ей голову мужчине. Да уж, не зря говорят, что жизнь —  штука сложная.

Откровенно говоря, после подобной новости, сама Люсинда предпочла бы вернуться в свой номер в гостинице, там дать волю слезам, побыть наедине с собой, чтобы осознать случившееся в полной мере.  А уже завтра улететь обратно домой, и в следующий раз согласиться на встречу с внезапно обретённым отцом только когда уляжется душевное смятение и станет, может быть, проще контролировать свои совсем не дочерние чувства и желания.  Но у Чарльза явно иные планы на найденную взрослую дочь, совсем не включающие в себя скорую разлуку с ней.  Он даже каже категорически настаивает, чтобы Люсинда выехала из своего номера и перебралась прямиком к нему под бок, в роскошный пятизвёздочный отель. Что ж, пусть это и будет непросто, жить совсем рядом с таким красивым, сводящим с ума своим мужским обаянием внезапно нашедшимся отцом, но возражать Чаку у Люсинду просто нет ни желания, ни силы воли. Тем более это же всё равно ненадолго, ну, максимум день-другой, зато можно насладиться всеми благами проживания в роскошном отеле, который ей самой,вообще-то, точно не по карману.

Из ресторана отец и дочь на такси добираются до отеля, где остановилась Люсинда. Быстрые сборы вещей, благо, у Люсинды с собой только дорожная сумка, пока отец улаживает все организационные вопросы, касающиеся выезда из номера раньше срока, расплата по счёту на ресепшене, несмотря на категорическое желание Чака лично оплатить проживание дочери, и вот уже другое такси мчит Люсинду и Чака к пятизвёздочному лучшему в городе отелю. В дорогом отеле, опять же не без помощи приятно хрустящих бумажек, отец быстро решает вопрос с заселением Люсинды в соседний номер, кажется, даже попросив выселить оттуда каких-то гостей. А пока в номере оперативно наводят порядок, Люсинда и Чак с удовольствием беседуют в баре, потягивая вкусные коктейли. Люсинда рассказывает о своей жизни, опуская, конечно, самые неприятные для воспоминаний моменты вроде изнасилования горе-отчимом, вынужденных абортов и измены супруга. Но наконец, номер, предназначенный для Люсинды, полностью готов к заселению. С отцом прощаться до завтра не очень хочется, но,с другой стороны, сейчас и правда лучше отдохнуть. хотя бы переварить всё, что открылось сегодня, понять для себя самой, как теперь вести себя с Чаком, учитывая их уже подтверждённое родство. И остаток дня Люсинда повещает себе любимой —  с удовольствием плавает в роскошном бассейне отеля до усталости, наслаждается расслабляющими процедурами в салоне красоты, и, наконец, уже совсем поздно вечером возвращается в номер. На роскошной просторной кровати снятся действительно сладкие цветные сны, как в далёком детстве, и просыпается Люсинда когда часы на мобильном телефоне показывают ровно 10 утра. Что ж, пора вставать, чтобы успеть привести себя в божеский вид.  Прохладный душ приятно бодрит и ещё больше поднимает настроение, даже не хочется вылезать из-под струй, когда раздаётся отчётливый стук в дверь. Это кто ещё пожаловал? Горничная, чтобы навести порядок в номере? Да ещё, кажется, рано. Какой-то доставщик еды? Так Люсинда не заказывала ничего в номер. Чарльз? Он бы, скорее всего, набрал бы сначала её номер телефона, прежде чем наобум стучаться в дверь. Скорее всего, кто-то просто ошибся номером, ведь такое не редкость даже в дорогом отеле. Но как же настойчиво этот кто-то стучит, честное слово!  Открыть, что ли, дверь, чтобы стучащийся осознал, что ломится в чужой номер? Пожалуй, а чтобы добавить этому назойливому кому-то больше ощущения неловкости, можно даже не заморачиваться с  надеванием халата, а просто завернуться в большое полотенце. Рассуждая так, Люсинда действительно на скорую руку обматывается висящим в душе полотенцем и направляется к двери номера. Вот только за резко распахнувшейся дверью оказывается не неизвестный наглец, тревожащий покой жильцов номеров, а собственно Чак. Ох, как неловко-то! Ещё и полотенце очень плохо держится в нужном положении, так и норовит соскользнуть, открыв красивую женскую грудь. Алый румянец окрашивает щёки Люсинды, пока она судорожно пытается подтянуть края полотенца повыше.
—  Ох, прости, я даже не думала, что это можешь быть ты, думала, кто-то ошибся номером! Я сейчас, подожди немного.